Выступление Директора Института Прокризисных Исследований В.Чкуасели на международной конференции «Инвестиции в третье тысячелетие» в г.Москва.

Президент-отель. 06.12.2000г.

ИНВЕСТИЦИОННАЯ ПРОБЛЕМА И НЕЭФФЕКТИВНОСТЬ ГОСУДАРСТВА В РОССИИ

          Интрига целого ряда западных фильмов состоит в том, что герои вывозят валюту за рубеж. При этом капитал перебрасывают из одной страны ЕЭС в другую.

          Подумаешь проблема! Но вспомним, на какие ухищрения идут Луи де Фюнес в кинокомедии «Разиня» или Пьер Ришар в ленте под названием «Беглец» - вплоть до изготовления автомобильных бамперов из золота!

          В России никакая маскировка не нужна. Любая сумма идет свободно – куда угодно.

          Когда же наши экспортеры капитала начнут отливать золотые бамперы?

          Ведь мало кто из нас не понимает, что при существующей утечке капитала говорить об инвестиционных программах нереалистично. Из многих причин, затрудняющих инвестиции, - о ряде факторов говорили; о других наверняка скажут, - я сосредоточусь на том, что климат, благоприятный для инвестиций, это, прежде всего, экономика, над которой вывоз капитала наподобие дамоклова меча не висит.

          Мировая практика такова, что в самых демократичных странах в периоды острой потребности в инвестициях вводят жесткий контроль за движением капитала и очень суровые кары нарушителям. Таким образом передовые страны не боятся ущемить права собственника. В определенном контексте.

          …Наблюдать, как Васька слушает да ест?!…

          Разумеется, помимо наказаний, надо рассмотреть причины, по которым отток капиталов за рубеж постоянно разрушает национальную экономику и, соответственно, портит в России инвестиционную погоду.

          Мне ближе по профессии макроэкономические факторы. Вместе с тем, я держусь точки зрения, что экономические преобразования в стране (а, следовательно, и решение проблемы инвестиций) могут быть успешны только тогда, когда согласованные изменения происходят на разных уровнях функционирования экономики по единому плану. Более того, в настоящее время уровень предприятия как основной институциональной производственной единицы – главный для решения проблем перехода к устойчивому экономическому росту как режиму (а не эпизоду) движения экономики. Таким образом должен признать: да, в данном случае считаю, что основные барьеры на пути инвестиций находятся на уровне микроэкономики.

          Изменения, которые на этом уровне идут 10 лет, поставили под угрозу само существование предприятий, а значит саму реальность инвестиций как процесса, работающего на Россию. Проблемы фокусируются, прежде всего, на фигуре руководителя предприятия. Пост руководителя предприятия подразумевает сегодня, что занимающий его принимает сам все жизненно важные решения по предприятию, его людям и перспективами развития, сосредоточив в своих руках почти абсолютную власть. Это – особая экономика, к которой мы пришли, - «экономика физических лиц».

          Вместе с тем, директор – «факир на час». Его может в одночасье лишить власти владелец (государство, акционеры, банк). Это объективно толкает директора к заботе об использовании своего нынешнего служебного положения для эвакуации капиталов предприятия в качестве своих собственных за рубеж.

          Объективная ситуация противостоит индивидуальной порядочности. Она диктует: «хоть час да мой». Ситуация отталкивает руководителей предприятий по всей России от забот о перспективе своего предприятия и, следовательно от проблем развития, инвестирования. Понятно, что рыба с головы тухнет и чтобы на предприятие шли (и не пропадали в черную дыру) инвестиции, прежде всего надо самому не воровать. Это – вопрос подбора кадров. Но не стоит ограничиваться морализаторством. Убежден, что объективная реальность, всегда противостоящая личной честности, сегодня выглядит сильнее в этом противостоянии, чем когда бы то ни было. В непростой корреляции с личной честностью и нечестностью без преувеличения огромное число предпринимателей и управляющих предприятиями, в том числе арбитражных и государственных управляющих, уводят финансовые средства чаще и в больших объемах, чем направляют на развитие производства. Типовая ситуация, по исследованиям ЦЭМИ: «коллектив – за расширение масштабов производства, директор – за сокращение: по выражению Дж.Стиглица, «срывание большого куша» оказывается более предпочтительным, чем постепенное «делание бизнеса». Высший менеджмент предприятия, находясь между рядовыми работниками и директором, вынужден, как правило, поддерживать директора.

          Резерв спада производства и следовательно, инвестиционного спада растет и в связи с позицией внешних акционеров. Позиция эта окончательно не сформировалась, поскольку при сегодняшнем состоянии фондового рынка ценность акций для акционеров определяется в большей степени внутренней ситуацией на этом рынке, чем ситуацией в реальной части экономики. Если акционерам станет ясно, что ликвидация предприятия приносит им большую выгоду, чем его расширение, - теперь процитирую, - «угроза разрушения структуры производства в России  станет реальностью».

          Это – цитата из недавней работы профессора Г.Б.Клейнера, и я с ней согласен. Я вижу здесь реальную угрозу разрушения еще не окрепшего, собственно даже не сформированного процесса инвестирования российской экономики. Видимо, в нашей конкретной ситуации вопрос не только в совершенствовании контракта, что указано в Правительственной программе. Необходимо подумать о законе «О генеральных (исполнительных) директорах».

          Солидарен с исследованиями ЦЭМИ, которые показали, что единственной структурой на предприятии, серьезно заинтересованной в его развитии, является управленческий аппарат, как правило подчиненный директору жестко. Необходимо интерес управленческого аппарата в развитии предприятия превратить в возможность этого контингента влиять на принятие решений. Это целесообразно сделать по меньшей мере на какой-то, скажем так, экспериментальный период, и посмотреть.

          И еще одно. Быть может в нашей криминализованной хозяйственной среде такая форма как «общество с ограниченной ответственностью» не нужна. Это – гипотеза для размышлений.

          Перейду к вопросу, быть может, еще более острому и еще более тесно связанному с неэффективным сегодня – скорее виртуальным – присутствием государства в проблеме инвестиций. В организации экономической жизни страны нет сейчас одного уровня. Уровня стратегического управления и планирования. Одна – отсутствие хотя бы пунктирного стратегического плана развития национальной и региональной экономики и ее секторов.

          При всей важности микроэкономического подхода экономические преобразования в стране и зависимый от них инвестиционный климат могут быть – климат благоприятным, а преобразования успешными – только в том случае, когда согласованные изменения происходят на разных уровнях функционирования экономики по единому плану. Звено экономической жизни страны, которого нет и которое необходимо, - стратегическое управление.

          План это ведь не обязательно Госплан СССР. Не грех обдумать принципы индикативного Росплана и сформировать его как систему стратегического планирования. Ничто не заставляет нас повторять в Росплане идеологию Госплана. Да не убоимся того, что у бывшего Госплана и будущего Росплана корень – план. Корень и должен быть один. Разными должны быть ствол, ветви и листья. А это – специальная задача.

          О роли государства в экономике.

          Давайте посмотрим на эту роль с точки зрения доли государственных расходов в ВВП. Данные 1997 года: доля государственных расходов ВВП в Польше, в Венгрии, в Словении – 45 – 50%. В Швеции – 63%. В США – 37%. В России – 16%.

          Напомним чуть более подробно, какова  роль государства в экономике США в период, например, незадолго  до и несколькими годами после второй мировой войны. Сегодня ссылки на США стали обязательны, как в старые времена на классиков марксизма. Не нарушая эту традицию, отмечу прямой запрет Ф.Д.Рузвельтом в русле его «Нового Курса» каких бы то ни было иностранных инвестиций. Расширение откровенного участия государства в экономике. Бросается в глаза резкое увеличение сегмента государственного контроля в экономике. В рамках послевоенной конверсии в США прямое управление экономикой доходило до директивного установления государством цен по широкому спектру товаров.

          Дополним: правительство Японии в 50-60 гг. определяло и контролировало направления и объемы инвестиций частных корпораций, и делало это прекрасно. Очень жестко этот процесс направлялся, а в ряде стран и сегодня направляется у «Азиатских тигров». Инвестиционный бум в присоединенной Восточной Германии. Он в значительной мере определялся административным и идеологическим давлением власти на хозяйствующие субъекты.

          В отличие от этих стран у нас для выхода из нашей – объективно тяжелейшей ситуации – предложены меры, разумные для, в целом, здоровой экономики! Ибо только в такой экономике можно пытаться всерьез минимизировать  вмешательство государства в экономику.

          Пример оправданного вмешательства в экономику очевиден, скажем, из открытого письма в 1996 году Нобелевских лауреатов по экономике руководству России. В письме говорилось о крайне неразумном использовании ограниченных инвестиционных ресурсов в России. В частности, прямо указывалось на недопустимость в нашей конкретной ситуации массированного строительства элитного жилья и необходимость вмешательства государства в этот процесс.

          Исходя из точно рассчитанных приоритетов, жесткие ограничения в таких случаях необходимы. Вопрос быстрого и значительного по объемам роста инвестиций в стране реально сегодня вопрос национальной безопасности и определенные ограничения прав граждан в этой связи допустимы Конституцией (ст.55, п.3).

          Возможно надо рассмотреть предложения ряда экономистов о вмешательстве государства в использование амортизации на реновационные цели в виде централизации части амортизационных отчислений в специальные фонды, средства которых предприятия могут использовать только на инвестиции.

          Типовые возражения против расширения роли государства в экономике в целом и в инвестиционном процессе, в частности:

          Государственное неэффективно, частное – эффективно.

          Вряд ли сегодня кто-то наберется смелости и фактов, чтобы утверждать, что государственные предприятия, в целом, работают хуже частных.

          Второе возражение: расширение участие государства в инвестиционном процессе и усиление государственного контроля за ним ведут к росту коррупции. Ответ: верхушка, воруя, не может бороться с воровством. В этой ситуации ни участие, ни неучастие государства в экономике не значимы. Если Президент справится с коррупцией в верхнем эшелоне страны, он заложит основу для оздоровления России от коррупции.

          Рамки выступления, не позволяя задержаться на других причинах инвестиционного кризиса, на основании приведенных, позволяют выявить основной стержень российской проблемы инвестиций. Это – слабость и неэффективность государства и его институтов. Упаси Бог, я ни в коем случае не ратую за то, чтобы маятник либерализации изо всех сил качнулся в сторону государственничества.

Однако, очевидно, что, если у случившегося у нас ослабления государства и были плюсы, они на сегодняшний день себя исчерпали абсолютно. В том числе в проблеме инвестиций.

             Об иностранных инвестициях. Слава Богу, сейчас наконец спадает волна нетерпеливого ожидания, когда на нас обрушится золотой дождь. После кризиса 1998 г. и азиатского кризиса стала очевидна высокая опасность портфельных инвестиций в неустойчивой экономике. Бросилось в глаза то, что даже прямые инвестиции при условии большой нормы прибыли и беспрепятственного ее вывоза фактически являются формой получения кредита под очень высокий процент. Более того, под видом прямых инвестиций может быть нанесен прямой стратегический ущерб России. Приведу пример: уникальность екатеринбургского завода «Пневностроймашина» состоит в том, что это – единственный в России завод по производству гидравлики. В мире всего четыре таких предприятия, кроме нашего – по одному в Германии, Италии, Японии и США..  В настоящее время итальянцы  заканчивают борьбу за  25,62% акций, чтобы добавить их к уже отвоеванным Италией у нас 51%. Отмечу, что без продукции этого завода не поднимается кузов самосвала, не работает буровая установка  и не выпустит шасси самолет.  Без этой продукции, - а ее при таком ходе дел ее  не будет, ибо итальянцы здесь наши конкуренты, - современный танк, крейсер и ракетная установка не более, чем груда металла. Вот такие бывают прямые инвестиции, что уж говорить о не прямых!

Позвольте мне закончить  небольшой цитатой из выступления премьер-министра Малайзии на Всемирном экономическом форуме в Сингапуре.

«… Я абсолютно убежден, что если бы мы обратились за помощью к МВФ, к чему нас настоятельно призывали, то Малайзию заставили бы сделать вещи, которые не только уничтожили бы ее экономику, но и всю малазийскую нацию и все малазийское общество». … «Нам не пришлось идти на громадные займы у МВФ или кого-угодно еще. Не пришлось обременять будущие поколения громадным долговым бременем. Мы достигли экономических результатов таких же, как у прочих стран, затронутых кризисом, без того, чтобы пустить иностранцам с молотка за гроши драгоценные корпорации, на создание которых у нас ушло целое поколение. Мы достигли таких же результатов, как соседи, без массовых увольнений, не выбросив ни единого  ребенка из школы, без крови на улицах и политической неразберихи в стране…»

          Хочу, чтобы Президент В.В.Путин имел право сказать подобные слова при избрании на второй срок.